Вторник, 11.12.2018, 07:46
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт писателей города Бендеры "ГОРИЗОНТ"

Меню сайта
Категории раздела
Наши статьи [122]
Статьи, написанные членами Бендерской писательской организации "Горизонт"
О нас пишут [54]
Статьи, написанные нашими коллегами о деятельности Бендерской писательской организации "Горизонт"
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Наши статьи

Крепость духа покорила духа крепости

Игорь Сметанников

Старинная Бендерская крепость широко известна далеко за пределами города и даже страны. Её начали возводить турецкие строители ещё в 1538 году после вхождения города Бендеры в состав Османской империи. Однако некоторые учёные считают, что до турок здесь уже давно существовала молдавская крепость, построенная из дерева, глины и земли, которая впоследствии была перестроена османами в мощную каменную крепость. 

Распоряжение о строительстве крепости на этом месте дал сам турецкий султан Сулейман Великолепный, доверив возведение каменной твердыни гениальному турецкому зодчему, известному как Абдульменнан оглу Синанеддин Юсуф, а также как Ходжа Мимар Синан Ага и просто Мимар Синан. Говорят, что знаменитая Роксолана даже ревновала к Бендерской крепости своего супруга Сулеймана Великолепного, поскольку его мысли целиком и полностью были заняты строительством. И крепость удалась на славу. Её называли «крепким замком на османских землях».
С Бендерской крепостью связаны многие известные имена. Вот лишь некоторые из них: князь Григорий Потёмкин-Таврический, граф Пётр Румянцев-Задунайский, генерал-аншеф Пётр Панин, полководец Михаил Кутузов, предводитель крестьянского восстания Емельян Пугачёв, поэты Александр Пушкин и Василий Жуковский, художник Иван Айвазовский, шведский король Карл XII, гетманы Украины Иван Мазепа и Филипп Орлик, украинский писатель Иван Котляревский, российские императоры – Александр I, Николай I, Александр II и Николай II. И именно здесь, над Бендерской крепостью, «летал на ядре» знаменитый выдумщик барон Мюнхгаузен. А уже в наше время тут находился с миротворческой миссией прославленный российский генерал Александр Лебедь.
Бытует легенда, что у каждой крепости есть свой дух. Да что там крепость! Многие суеверные люди убеждены, будто бы незримый покровитель существует у любого архитектурного сооружения, будь то мост, башня, дворец, дом или же просто квартира, где живёт обычный домовой. 
В некоторых зарубежных фортециях даже установлены скульптуры «Духам крепости». Например, в честь 500-летия финской крепости Святого Олафа на острове Таллисаари воздвигнут памятник рыцарю «Дух крепости», который представляет собой основателя крепости датского рыцаря Эрика Аксельссон Тотта, стоящего в полный рост, чей пристальный взгляд навеки обращён в сторону цитадели.
Дух Бендерской крепости надёжно охраняет многие её тайны. Это призраки и привидения, пугающие в полнолуние местных жителей и солдат, проходящих службу в воинской части на территории крепости. Это и многочисленные туннели и катакомбы под крепостью, ведущие далеко за её пределы, пронизывающие насквозь землю всего города и его окрестностей. Поговаривают, что где-то в них в районе крепости упрятаны бочки с золотом и драгоценностями, заколдованные клады, золотая корона шведского короля Карла XII и даже золотая карета гетмана Украины Ивана Мазепы, якобы в которой они с королём приехали сюда после поражения в Полтавской битве. Здесь же вполне могут быть зарыты и турецкие сокровища – драгоценные камни и золото, возможно, и легендарный 90-каратный бриллиант султана Мохаммеда IV. 
Так или иначе, но Бендерская крепость всегда была сокрыта от глаз не только местных жителей и туристов, но и учёных-археологов. Видимо, дух крепости славно постарался, чтобы это был строго засекреченный объект. Ибо на всём протяжении своей истории здесь непременно дислоцировались войска различных армий – молдавской, турецкой, русской, румынской, немецкой, советской, российской, приднестровской. 
Фото-, кино- и видеосъёмка в крепости и вокруг неё категорически запрещалась. Надо ли объяснять мою заветную мечту снять на видео хоть какой-нибудь крохотный эпизодик внутри крепости, когда в августе 2008 года я приехал в Бендеры снимать кино, посвящённое 600-летию города. Такой фрагмент не только украсил бы сам фильм, но и явил бы миру мощь и величие одной из крупнейших крепостей Европы. 
Я тогда снимал сериал под названием «Дыхание времени» по одноимённой поэме и другим произведениям председателя Бендерской писательской организации Леонида Алексеевича Литвиненко, который был и исполнителем главной роли. Мэр города Вячеслав Васильевич Когут горячо поддержал идею съёмок фильма, выдав мне официальное разрешительное письмо и назначив куратором съёмок своего заместителя Валерия Валентиновича Авдеева. 
Естественно, первым делом я стал добиваться у руководства города разрешения на съёмку в крепости. Но меня сразу же предупредили, что это практически невозможно, что это секретный объект, что он подчинён не городу, а Министерству внутренних дел республики… Однако я был непреклонен и постоянно беспокоил Валерия Валентиновича по этому вопросу. Предлагал даже воспользоваться моими давними связями с Генеральным штабом России, где мне довелось служить в чине подполковника. 
Вскоре дух крепости, видимо, почувствовал крепость моего духа, поскольку вдруг начались позитивные подвижки. В первых числах сентября мне позвонил Валерий Авдеев и осторожно намекнул, что мой вопрос может быть решён положительно в самое ближайшее время, и чтобы я потихоньку готовился к съёмкам. Спустя несколько дней он опять позвонил, чтобы теперь сообщить приятное известие: 12 сентября я могу спокойно снимать в крепости своё кино. 
– А нужно ли мне иметь какое-то письменное разрешение для съёмок на территории крепости? – забеспокоился я. – Ведь меня могут не пропустить туда бдительные часовые. Как я им докажу, что мне позволено снимать? 
– Не надо никаких писем, – обнадёжил меня Валерий Валентинович. – Подходите в 10 утра к центральным воротам крепости со своими артистами, и вас примут с распростёртыми объятиями. 
«Надо же, как всё просто! – радостно подумал я. – Мне фантастически повезло!». 
В мои планы входило снять, как Леонид Алексеевич Литвиненко читает свои стихи о крепости на фоне цитадели. Он должен был традиционно декламировать якобы для приезжей журналистки, а она якобы должна была всё снимать на свою карманную видеокамеру. Роль журналистки великолепно исполнила бендерская писательница Надежда Евгеньевна Делимарская. Я оповестил её и Леонида Алексеевича о предстоящих съёмках 12 сентября. Они с удовольствием согласились, т.к. сами никогда не были внутри крепости. 
Меня тогда смущало только одно: два человека на фоне огромного сооружения могли элементарно затеряться в кадре. Необходимо было добавить к ним ещё кого-нибудь. К тому же мне хотелось, чтобы из диалогов артистов зрители узнали какие-нибудь интересные подробности об истории крепости. А кто может лучше всех рассказать о таких нюансах? Только специалист, написавший книгу об истории города. Я вспомнил о писателе Викторе Венедиктовиче Кучеренко, у которого буквально накануне вышла книга «Бендеры – жизнь тому назад…». Её издание госадминистрация специально приурочила к 600-летию города. Я пригласил на съёмки и Виктора Венедиктовича, чтобы он показал зрителям свою книгу и приоткрыл завесу некоторых тайн крепости. 
Но и этого мне показалось мало. Нужна была ещё какая-нибудь массовка для оживления действия в кадре. Листая книгу Виктора Кучеренко, я вспомнил, что обложку для неё рисовал директор Бендерского художественного училища Виктор Иванович Постойкин. А вот и массовка! Студенты, рисующие руины крепости, существенно украсят сюжет. Я позвонил Виктору Ивановичу и рассказал ему о своей идее: пусть его студенты сымитируют для моего фильма урок рисования в крепости.
– А зачем имитировать? – обрадовано ответил Виктор Иванович. – Они будут рисовать крепость по-настоящему! Ведь мы её ещё ни разу не рисовали. Я включу это занятие в официальный план обучения училища. Мы оставим на память потомкам виды крепости, как она выглядела до реставрации. 
В общем, к 10 утра 12 сентября к центральным воротам крепости подтянулись все участники съёмки – наша съёмочная группа, Леонид Литвиненко, Надежда Делимарская, Виктор Кучеренко, Виктор Постойкин и группа молодых художников. Но мы там оказались не одни. У ворот стояли военные оркестранты с музыкальными инструментами, съёмочные группы Республиканского и Бендерского телевидения, несколько милиционеров в парадной форме и большой красивый автобус с воспитанниками Бендерского кадетского училища имени Дзержинского и школы имени Макаренко.
«Видимо, в крепости будет проводиться какое-то серьёзное мероприятие, – смекнул я. – Поэтому и нам заодно разрешили снимать. Ладно, пусть проводят, лишь бы не помешали нашим съёмкам». А никто и не собирался нам мешать. Ровно в 10 часов ворота распахнулись, вся эта огромная масса народу хлынула в крепость и повернула налево в сторону плаца воинской части. Мы же спокойно проследовали прямо, по направлению к цитадели крепости. Виктор Постойкин въехал в крепость на автомобиле, в багажнике которого лежали мольберты для художников. Никто нас не спрашивал – кто мы, куда и зачем направляемся. И это несказанно радовало.
Зайдя в цитадель, мы стали готовиться к съёмкам – разворачивать аппаратуру, устанавливать камеру на штатив, подключать радиомикрофоны. Студенты достали мольберты, кисти, краски, бумагу… В это время рядом с нами суетился какой-то офицер в камуфляжной форме, переливая бензин из цистерны в ведро. Увидев наши приготовления, он подошёл ко мне и спросил, кто мы такие и что собираемся тут делать. 
– Мы готовимся к съёмкам фильма, – гордо ответил я. – А кто Вы такой?
–Я командир этой воинской части, – невозмутимо констатировал офицер. – А кто вам разрешил снимать?
– Не переживайте, всё со всеми согласовано, – успокоил я.
– А почему же я ничего не знаю? – удивился командир. – Погодите снимать, я сейчас всё уточню. 
Он достал мобильник и стал кому-то звонить, объясняя ситуацию. 
– Начальство тоже ничего не знает, – ошарашил нас командир. – Вам придётся покинуть пределы крепости. 
Здесь я почувствовал себя в роли Остапа Бендера, когда тот потерпел крах на аукционе мебели и его попросили покинуть помещение. Но тот тогда не сдался и самоотверженно продолжил борьбу за стулья, проявив чудеса находчивости. Я решил не отставать от великого комбинатора, у которого, кстати, фамилия произошла от названия нашего города, и чей папа был турецкоподданным. 
– Позвольте! Этого не может быть! – воскликнул я. – Меня уверили, что именно сегодня можно снимать в крепости. 
– Правильно, снимать в крепости сегодня можно, – спокойно пояснил командир, – но только вместе со всеми, на плацу.
– Да? А что там сегодня происходит? – полюбопытствовал я.
– Так ведь именно сегодня большой церковный праздник. Русская Православная Церковь празднует память перенесения мощей Святого благоверного князя Александра Невского из города Владимира в Санкт-Петербург.
– Это хорошо. Но причём же тут Бендерская крепость?
– Ну как же! У нас же здесь стоит военный храм Александра Невского! Правда, он сейчас полуразрушен, но именно сегодня сам Архиепископ Тираспольский и Дубоссарский Юстиниан будет освящать стены храма и лично отслужит молебен. 
– Круто, – восхитился я.
– Ещё бы! Освящение храма станет отправной точкой в его восстановлении и послужит началом реконструкции всей нашей крепости! Так что вам лучше быть сейчас на плацу, на торжественном митинге. 
– Да там и без меня есть, кому снимать. При необходимости я возьму эти кадры на телевидении. И потом, оттуда совсем не видно крепости, – не унимался я. – Мне нужна цитадель! У нас свои планы на съёмки. Подождите, я сейчас тоже позвоню. 
Я набрал телефон Валерия Авдеева и объяснил ситуацию ему. Он удивился и попросил несколько минут подождать, обещая всё уладить. Мы стали тревожно ждать. Было бы очень обидно уйти отсюда, несолоно хлебавши, пустив под откос столько сложных приготовлений. Через некоторое время зазвонил телефон у командира. Он быстро переговорил и обратился к нам. 
– Начальство разрешило находиться тут только художникам. Пусть спокойно рисуют. А кино снимать запретили.
– Как это – запретили?! – возмутился я. – Меня заверили, что всё согласовано. Я сейчас ещё позвоню.
И я опять позвонил Валерию Валентиновичу.
– Сам не пойму, но произошла какая-то непонятная накладка, – грустно ответил он. – Давайте снимем кино как-нибудь в следующий раз…
Но следующего раза могло и не получиться. И я решил продолжить штурм крепости. 
– А где можно поговорить с вашим начальством? – обратился я к командиру. 
– Да здесь недалеко, в нашем кадетском училище. Там есть отдельный кабинет начальника Управления по общественно-культурным связям и информации МВД ПМР, спросите подполковника Вилкова Георгия Станиславовича.  
– Хорошо! Я сейчас быстренько слётаю к нему и всё утрясу, – решительно заявил я. – Никуда не расходитесь без меня. Художники пусть начинают рисовать. Им можно. 
– Я могу подвезти на своей машине, – любезно предложил Виктор Постойкин. 
Через несколько минут мы с Виктором Ивановичем уже были в кадетском училище. Но подполковника Вилкова на месте не оказалось. Он находился в Тирасполе на каком-то служебном совещании. 
– Что будем делать? – спросил я у Виктора Ивановича.
– Наверное, сегодня и вправду не судьба, – ответил он.
– Ну, уж нет! Я буду ждать, пока Вилков не вернётся!
И мы стали терпеливо ждать. Не прошло и часа, как Георгий Станиславович приехал на своё рабочее место. Начались долгие переговоры. Мне пришлось привести массу убедительных доводов в пользу сегодняшних съёмок в крепости. И то, что я уроженец и патриот города; и то, что снимаю фильм за свой счёт, будучи военным пенсионером; и что я такой же подполковник, как и он; и что привёз из Москвы свою собственную съёмочную аппаратуру; и что у меня есть официальное разрешительное письмо от мэра города… 
– Это всё, конечно, хорошо, – ответил Вилков, – но для съёмок на территории крепости необходимо письменное разрешение от Министерства внутренних дел республики. Ведь крепость – режимный объект, подчинённый нашему ведомству, а не городу. Надо отправить письменный запрос на имя министра, его рассмотрят и вынесут вердикт – разрешить снимать или нет. Эта процедура займёт не меньше месяца.
– Но тогда мы точно не успеем снять фильм к юбилею города, – расстроился я. – И это даже при условии, что мне дадут разрешение на съёмку. Но ведь мне его могут и не дать… 
И я с новой силой продолжил штурмовать крепость. Не буду говорить, чего мне это стоило, но разрешение на съёмку я всё же получил. Видимо, крепость моего духа покорила духа Бендерской крепости, и он сделал мне поблажку. 
Мы вернулись в цитадель довольные и окрылённые. Съёмка началась с особым вдохновением. За время нашего отсутствия художники успели нарисовать живописные виды крепости, и в кадр попали уже почти законченные работы, что было гораздо выигрышнее, нежели пустые листы бумаги, если бы мы никуда не отлучались. «Дух крепости специально устроил задержку съёмки, чтобы я смог показать зрителям более эффектные кадры цитадели», – ликующе думал я. 
Но это был не последний приятный сюрприз духа крепости. Пока мы ездили к Вилкову, освящение храма закончилось, и именитые гости решили посмотреть цитадель. В разгар наших съёмок в кадр неожиданно въехали правительственные машины. Из них вышли: Архиепископ Тираспольский и Дубоссарский Юстиниан, Вице-президент Приднестровской Молдавской Республики Александр Королёв, министр внутренних дел ПМР Вадим Красносельский, глава госадминистрации города Бендеры Вячеслав Когут, Советник-посланник Посольства Украины в Республике Молдова Михаил Харишин и другие официальные лица, а также телохранители и охрана.
Гости сразу же устремились к художникам, стали прохаживаться между мольбертами и с нескрываемым интересом разглядывать рисунки. Вот это массовка! Такие уникальные кадры вряд ли можно было даже специально организовать. Я лихорадочно снимал уже всё подряд. 
Насмотревшись картин, некоторые гости взобрались на стену цитадели. Среди них оказалась и Надежда Делимарская. Она гармонично дополняла мужской коллектив своим ярко-голубым костюмом. Эта необычная прогулка по стене тоже вошла в фильм. 
А в это время внизу под стеной цитадели Виктор Кучеренко дарил Юстиниану свою книгу, показывая в ней что-то интересное. Виктор Постойкин тоже что-то комментировал в книге, а Леонид Алексеевич одновременно поглядывал то в книгу, то на стену, по которой смело вышагивала Надежда в окружении высокопоставленных (в буквальном смысле слова) гостей. 
В общем, все остались довольны неожиданным визитом: государственные деятели – тем, что крепость была востребована художниками и киношниками уже сейчас, до начала реставрации, и это открывало большие далеко идущие перспективы; мэр города был рад, что студенты его города оказались мастерами своего дела и что снимается фильм к юбилею города; директор училища – что его подопечные не ударили лицом в грязь; студенты – что их работы понравились знатным гостям…
Но больше всех был рад я. Шутка ли: в кадр попали не только мои актёры на фоне крепости, но и художники с профессионально нарисованными картинами, и первые лица страны, города и духовенства! Мне вдруг вспомнился фильм «Брюс всемогущий», когда главный герой вёл телерепортаж, а в это время в кадре появился падающий метеорит! За это его прозвали «Мистер Эксклюзив». Нечто подобное произошло и у меня. Не иначе, как дух крепости создал эту фантастическую ситуацию, чтобы эпизод для фильма получился наиболее интересным и эффектным. 
Немного не повезло только Виктору Кучеренко: он не смог показать своё детище зрителям и зачитать из него фрагменты о тайнах крепости, поскольку подарил книгу Юстиниану. Видимо, дух крепости не позволил разглашать сокровенные секреты. Но момент дарения книги попал в кадр, и я включил его в фильм. 
Вскоре именитые гости разъехались, молодые художники разошлись, но мы ещё задержались и продолжили съёмки с Леонидом Литвиненко и Надеждой Делимарской. Вначале на высокой крепостной стене, а затем с внешней стороны цитадели. Леонид Алексеевич прочитал свои стихи якобы для журналистки, которая якобы снимала их на свою камеру, а я снял, как она «снимает», как поэт ей читает стихи: 

Время, стой! Воздух залпами вспорот,
Этот миг я хочу сберечь!
Я услышал у стен твоих, город,
Дорогую мне русскую речь.

Кони ржут на холме в русском стане,
Отливают на солнце штыки,
Без труда узнаю – это Панин
Направляет на крепость полки.

Развернулись для боя отряды,
Кони мчатся в карьер, в галоп!
Ну не надо, друзья, не надо
Наступать вот так – прямо в лоб!

Мне бы взять в свои руки знамя,
Я повёл бы вас в тыл, кругом.
Потому что каждый камень
В этом городе мне знаком.

Я кричу: «Обойдите вправо!
Мне отсюда их башни видны,
Там у них крепостные заставы
Наименее защищены».

Вижу – всадник встал по соседству, 
Дышит конь под ним горячо.
«Здравствуй, старый знакомый детства,
Здравствуй, друг ты мой, Пугачёв!

Ты не ведаешь, сколько песен 
Будет сложено о тебе!
Хочешь я, как мудрый кудесник,
Расскажу о твоей судьбе?

Так послушай, ты скоро будешь
Поднимать на бой голытьбу, 
И придут под знамёна люди
На святую твою борьбу.

Не ломи щегольски папаху,
Я скажу тебе, не тая – 
Очень скоро потом на плахе 
Отлетит голова твоя.

Будет, будет конец печален,
Только ты не сробей, держись».
Он сказал, головой качая:
«Для чего мне иная жизнь?

Жечь усадьбы, не зная страха,
Правосудье в борьбе вершить,
А потом умереть на плахе!
Ради этого стоит жить.

Мне не надо судьбы чудесней,
Дай мне жизни, как меч, лихой!
Ну, спасибо тебе, кудесник,
Мне пора, я иду, там бой».

Он помчался туда, где грохот
Заглушил канонады гром,
Где осела стена со вздохом
И рванулись войска в пролом.

Город смолк, он смертельно ранен,
Только враг не добит ещё,
Улыбается, молча, Панин,
Крутит чёрный ус Пугачёв. 

Знают воины: скоро-скоро
Смолкнут пушки на много дней.
«Ну, спасибо вам всем за город,
Город молодости моей!». 

Закончив съёмки в крепости, мы наскоро перекусили и переместились на мост через Днестр. Там мы намеревались снять кадры для начала фильма. Леонид Алексеевич должен был читать стихи на фоне проходящего поезда. В советское время через Бендеры проходило больше ста поездов в сутки. Но после распада СССР сохранилось всего два пассажирских маршрута: один поезд дальнего следования «Москва-Кишинёв», второй – местный. И ещё могли быть случайные товарные поезда, ходившие крайне редко и совершенно непредсказуемо. Наиболее эффектно из них выглядел, конечно, длинный красочный московский состав. Его мы и стали ждать. 
По расписанию до появления поезда оставалось ещё минут 20, и мы укрылись от солнца в тени ближайшего дерева, весело обсуждая удачные съёмки в крепости. Рядом с нами поставили сумки с аппаратурой, но не стали разворачивать её раньше времени, чтобы не привлекать внимание бдительной охраны моста. Ведь и это сооружение являлось секретным объектом, и здесь тоже запрещалась какая-либо съёмка. Тем более, что сразу за мостом виднелись стены и башни крепости. 
В это время мимо нас по дороге проезжал на велосипеде какой-то мужчина. Увидев Леонида Литвиненко, он остановился и поздоровался. Оказалось, это бывший ученик Леонида Алексеевича. Надо сказать, что наш знаменитый поэт в своё время был учителем русского языка и литературы, у него полгорода бывших учеников (включая меня) и друзей-педагогов. 
– А что вы делаете на мосту, с сумками? – робко поинтересовался велосипедист.
– Да вот, ждём московский поезд, – честно признался Леонид Алексеевич.
– Но ведь он же тут не останавливается! Вам надо срочно пройти на станцию. Торопитесь, вы ещё можете успеть. 
– А нам и не надо, чтобы он останавливался.
– Вы что, хотите на ходу запрыгивать в поезд? – растерянно произнёс велосипедист. 
Мы дружно от души рассмеялись. И уж было хотели рассказать о съёмках фильма, но не успели: велосипедист оказался уже на другой стороне моста, от греха подальше («крутил педали, пока не дали»). 
Вскоре на горизонте показался поезд. Мы оперативно развернули аппаратуру, и Леонид Алексеевич встал в кадр, причём так, чтобы зритель мог увидеть железнодорожные пути, поезд, мост, реку и обязательно крепость. Я включил камеру, и когда поезд проехал, поэт начал читать стихи: 

По мосту отстучали на стыках колёса,
Полыхают вдали облака
И усталое солнце садится за плёсом
И внизу затихает река.

Я стою на холме у недавней границы,
Где сады теперь строятся в ряд,
За спиной у меня крепостные бойницы
Из истории, молча, глядят.

Время, стой! Над тобой зазвенят лихолетья!
Время, мчи меня в прошлую быль!
Я один и река, я один и столетья,
И сухая полынь, и ковыль.

Потом мы спустились к берегу в районе Академии гребли, и Леонид Алексеевич прочитал свои стихи о гетмане Мазепе, которые я позже вмонтировал в сюжет о Варницком музее Карла XII и Мазепы. Эпизод на Варнице мы снимали буквально за день до этого. Вспомнился вчерашний забавный случай. Мы приехали в соседнее село Варница снимать сюжет про шведского короля Карла XII и гетмана Украины Мазепу, которые бежали под стены Бендерской крепости после поражения в Полтавской битве. Где-то здесь должен был быть музей с обелисками в их честь. Но мы не знали, где он точно находится. Стали методично опрашивать местных жителей, и постепенно вышли на нужное направление. Вдалеке показались какие-то обелиски. Чтобы окончательно удостовериться, они ли это, мы остановили случайного прохожего, местного старичка, с лысиной, усами и аккуратной бородкой, всё как у В.И. Ленина, и спросили у него, что это там виднеется впереди?
«Там две могилы, – уверенно ответил бородач. – В одной похоронен Карл Маркс, а в другой – какая-то Мазепа». Чувствовалась основательная советская школа образования местного жителя: Карла Маркса он назвал безупречно (вместо Карла XII), а вот с Мазепой немного сплоховал, спутав его с какой-то бабой. Но ведь фамилию гетмана бородач вспомнил правильно! За это его можно было понять и простить. И не беда, что тут нет никаких могил: обелиски стоят условно, для обозначения шведского лагеря. Но мы сразу поняли, что идём верной дорогой!
И уже под конец дня мы сняли небольшой эпизод в оригинальном магазине «Затерянный мир», изобиловавшим всевозможными затейливыми товарами из самых разнообразных материалов – керамики, фарфора, стекла, пластмассы, дерева… Мы отыскали на полках фарфоровую фигурку плывущего лебедя, и Леонид Алексеевич прочитал для фильма лирическое стихотворение о лебединой верности. А потом плавно перешёл от названия птицы к фамилии генерала Лебедя, спасшего город Бендеры от братоубийственной войны летом 1992 года. 
А я обыграл название магазина, которое символически отражало неопределённое состояние непризнанной Приднестровской Молдавской Республики, протянувшейся узенькой ниточкой вдоль Днестра, затерянной и зажатой с двух сторон двумя бывшими братскими советскими республиками – Молдовой и Украиной. Приднестровье и сейчас для многих является недоступным затерянным миром. Но того, кто сюда попадает, ожидает масса удивительных вещей (как и в магазине «Затерянный мир»), самобытная культура, плодородная земля с её дарами, гостеприимный дружелюбный народ, оригинальные достопримечательности, где каждый камень дышит историей, особенно камни Бендерской крепости. 
Вот таким необычным, ярким и насыщенным удивительными событиями оказался для нас день памяти Александра Невского. 
Вскоре в «Википедии» в статье «Бендерская крепость» появилось строгое официальное сообщение: 12 сентября 2008 года на территории крепости в Храме Св. Благоверного князя Александра Невского была проведена первая церковная служба и дано благословение на начало восстановительных работ.

Категория: Наши статьи | Добавил: Igor (19.02.2016)
Просмотров: 480 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 4.8/4
Всего комментариев: 1
1 ТНина Чебан  
И сам рассказ и приведенные в нем стихи выше всякой похвалы. Вот такие события и остаются в памяти и подтверждают необходимость присутствия духа победы до конца.

Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск