Вторник, 11.12.2018, 07:38
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт писателей города Бендеры "ГОРИЗОНТ"

Меню сайта
Категории раздела
Наши статьи [122]
Статьи, написанные членами Бендерской писательской организации "Горизонт"
О нас пишут [54]
Статьи, написанные нашими коллегами о деятельности Бендерской писательской организации "Горизонт"
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Наши статьи

По литературным местам Крыма

Лариса Черникова
Владимир Кудрин

Осенью 2012 года корреспондент «Радио Приднестровья» бендерская писательница Лариса Черникова пыталась организовать на республиканском радио новую еженедельную передачу о современной литературе Приднестровья. Игорь Сметанников подсказал для неё оригинальное название – «Литературная беседка с Ларисой Черниковой». Началась работа по записи первых выпусков программы, но её вдруг остановило руководство, не приняв идею Ларисы с формулировкой «не формат». Вскоре Лариса уволилась на пенсию, а затем ушла из жизни после тяжёлой и продолжительной болезни, так и не воплотив на радио свою новую передачу.
К счастью, записи программ «Литературной беседки» сохранились в компьютере Ларисы. И теперь мы можем дать им вторую жизнь, в виде «бумажных» публикаций. Сегодня мы публикуем запись встречи Ларисы с бендерским писателем Владимиром Николаевичем Кудриным, который поделился своими впечатлениями о творческой поездке в Крым на личном автомобиле. Ездил он не один, а со своим другом Игорем Сметанниковым, который был инициатором и организатором этой поездки. Поводом путешествия послужили IX Крымские Международные Толстовские научные чтения «Лев Толстой и векторы развития мировой литературы и общественной мысли», проводимые 14-15 сентября 2012 года в городе Саки. На этой солидной конференции учёных-толстоведов Владимир Николаевич намеревался представить свою новую книгу «Лев Толстой: понять и объяснить». Однако друзья решили побывать не только в Саках, но по пути и в других городах Южного берега Крыма – от Феодосии до Евпатории, назвав свою поездку «По литературным местам Крыма». Об этом и пойдёт речь ниже. Передача была записана в конце октября 2012 года.

*   *   *

Черникова: Вы на волнах «Радио Приднестровья». Мы приветствуем вас, дорогие радиослушатели. С вами Роман Красильников – за звукорежиссёрским пультом и Лариса Черникова – у микрофона. 
«Беседка» – это всегда диалог. В программе «беседки» – литературные новости, презентации книг, впечатления от поездок. «Беседка» – это и своеобразный еженедельный радиожурнал современной литературы Приднестровья. Мир книги призван объединять писателей с читателями, т.е. с вами, дорогие радиослушатели.
В прошлой передаче мы познакомили вас с приднестровским писателем-публицистом Владимиром Кудриным, который создал исследовательский труд, посвящённый творчеству гения русской литературы Льва Толстого. В августе этого года Кудрин повёз свой фолиант в 600 с лишним страниц в Ясную Поляну на Международную научную конференцию и познакомил с ним учёных-толстоведов со всего мира. А в сентябре побывал в Крыму на другом научном симпозиуме, тоже посвящённом творчеству Льва Толстого. Сегодня Владимир Кудрин расскажет об этом, а также нам представится уникальная возможность проехать вместе с ним по литературным местам Крыма. 
Владимир Николаевич, я рада приветствовать Вас в нашей «Литературной беседке».
Кудрин: Я тоже рад повторно встретиться с Вами.
Черникова: Как Вы помните, это, действительно, наша вторая встреча, поводом которой стал выход в свет Вашей книги «Лев Толстой: понять и объяснить». В прошлой передаче мне очень запомнился Ваш рассказ о том, как Вы представляли эту книгу на VIII Международной научной конференции в Ясной Поляне. Но в сентябре этого года у Вас была ещё одна очень интересная поездка, поездка в Крым, в город Саки, где тоже проходила научная конференция, тема которой было творчество Льва Толстого. Как мне известно, так же, как и в Ясной Поляне, Вы были единственным из Приднестровья, кто представлял нашу страну на столь престижном литературном форуме. 
Кудрин: Дело в том, что если там, в Ясной Поляне, была восьмая Международная научная конференция, то в Крыму была девятая, правда, Крымская конференция. И она была с обсуждением, конечно, в первую очередь толстовского творчества. Собралось большое количество толстоведов из России и Украины. 
Черникова: Но Вы из Приднестровья были единственным.
Кудрин: Я был единственным, если не считать Игоря Сметанникова, который в Приднестровье находится временно. Он не толстовед, но как писатель сопровождал меня в этой поездке, будучи её инициатором и организатором. А в пути он был штурманом – координировал наше передвижение по Крыму с помощью туристических карт и атласов автодорог. Кстати, идея поездки в Ясную Поляну тоже принадлежит Игорю, и он тоже должен был поехать со мной, но ему помешал внезапный инфаркт.
Черникова: Чем Вам запомнилась конференция в Саках? 
Кудрин: Прежде всего, она запомнилась тем, что на этой большой значительной международной конференции толстоведов мне предоставили слово на пленарном заседании на открытии. Где я, естественно, выступил от имени Бендерского литобъединения Союза писателей Приднестровья и объявил на этом пленарном заседании, что мы приехали не с пустыми руками, подарив организаторам книгу «Лев Толстой: понять и объяснить». Её с благодарностью принял Владимир Павлович Казарин, председатель оргкомитета конференции, заведующий кафедрой зарубежной литературы Таврического университета. Это симферопольский университет. И он эту книгу сразу представил всем участникам конференции. У меня есть фотографии этого момента на моём персональном сайте.
Черникова: Я видела эти фотографии. Вы ведь там чуть ли не презентацию своей книги устроили. 
Кудрин: Да. Потому что это была единственная большая биографическая книга о Толстом на конференции. Другие книги были в основном – научные работы. Тем более, что это всё можно было увидеть в холле здания, где был открыт книжный киоск. И я выставил свою книгу. И она была самой покупаемой из всех остальных. 
Черникова: Это хорошо. А как Вас вообще приняли толстоведы России и Украины Ваше выступление?
Кудрин: Моё выступление они восприняли не совсем адекватно. В чём это заключалось? Я сразу всегда представлял себя, что я врач. Врач написал такую огромную книгу о Толстом. И естественно, толстоведы со своими брошюрами относились ко мне не с завистью, но с какой-то неопределённостью. 
Черникова: Что Вы узнали интересного для себя на пленарных и секционных заседаниях?
Кудрин: На секционных заседаниях больше всего выступлений было по Толстому. Но поскольку программа конференции была очень насыщенной, там вместе с Толстовскими чтениями проходили Пушкинские, Гоголевские, Ахматовские, Набоковские, Горьковские, Бунинские, Короленковские чтения. И всё это разбилось на секции, и потому мне конкретно по Толстому досталось мало информации. Другое дело, я услышал интересную информацию по Пушкину, по Ахматовой. Например, узнал, что Ахматова, оказывается, некоторое время жила в Евпатории, то есть это рядом. И мы потом посетили Евпаторию. 
Черникова: Писатели любят поездки. Это всегда новые открытия, новые впечатления, стимул к творчеству. По себе знаю. Вам, Владимир Николаевич, удалось объехать весь Южный берег Крыма. Ваш маршрут так и назывался «По литературным местам Крыма». Вот об этом давайте побеседуем с Вами. Итак, в путь. Первым городом Вашего литературного маршрута был… какой?
Кудрин: Первым городом была Феодосия. 
Черникова: Феодосия – это писатель Александр Грин, художник Иван Айвазовский. Что нового Вы узнали, побывав там? 
Кудрин: Оказывается, именно с этого города начал христианизацию земель будущей России Апостол Андрей Первозванный. И мы даже сфотографировались у памятника Андрею Первозванному. Для людей верующих, крещёных, он очень важен.
И, естественно, прямо с раннего утра мы пошли в картинную галерею Ивана Айвазовского. Не увидеть лучшие работы мариниста, побывав в Феодосии, просто непростительно. Галерея стоит прямо на берегу моря, и наверняка в шторм брызги с моря залетают прямо в окна. 
Вышли из галереи, и почти рядом, дом № 10 на улице Галерейной – музей Александра Грина. В торце дома – барельеф корабля, идущего из Лисса в Зурбаган. Жил Грин в Феодосии с мая 1924 года. В общем-то, это были тяжёлые времена для Грина. Жил он трудно, но это были его лучшие творческие годы, когда он создавал весь свой мир из выдумки и правды. И вот, видимо, свою тяжёлую беспросветную жизнь писатель преображал в добрый блистающий мир. Заходим в этот музей, комнатки маленькие, как он их называл – комнаты-каюты, маленький ломберный столик, за которым он писал. Это не что сейчас огромные письменные столы. Но он сумел написать много чего хорошего. А затем он переехал в другой город – город Старый Крым. За ним поехали и мы. 
Черникова: Следующий город – это Старый Крым. Здесь же, как я знаю, Александр Грин был похоронен. И здесь же много лет прожил Константин Паустовский. 
Кудрин: Кроме того, что в Старом Крыму есть музей Грина, там теперь есть и Дом-музей Паустовского, открытый в 2005-м году. Дело в том, что у Паустовского Грин был кумиром. И если Грин умер в 1932 году, то в 1934 году в Старый Крым приезжает Паустовский. Его дом – такая белая хатка с цветущим садом. Но потом, прожив несколько лет с третьей женой в этом доме, улучшив своё здоровье, он уехал. Дело в том, что там очень чистый воздух, наполненный ароматами лекарственных трав. С севера город защищён высокими крымскими горами. И таким образом, в Старом Крыму создаётся локальная благотворная атмосфера для людей, страдающих заболеваниями лёгких. 
Черникова: Я много интересного слышала о самом городе Старый Крым. Расскажите немного о нём.
Кудрин: Мало кто знает, что этот город являлся столицей всего Крыма. Причём долгое время город процветал, его когда-то сравнивали с Багдадом. Расцвет города пришёлся на XIV век. Тогда он назывался Солхат и был крупным торговым центром на Шёлковом пути из Азии в Европу, активно рос и строился, были построены сохранившиеся до наших дней несколько мечетей и медресе. По одной из версий, уроженцем Солхата был великий султан мамлюкского Египта Бейбарс. Став правителем Египта, он отправил в родной город много щедрых подарков, в частности, на его средства была построена одна из городских мечетей.
Черникова: А когда Солхат перестал быть столицей Крыма?
Кудрин: Во второй половине XIV века, когда здешние места облюбовали монголо-татары Золотой Орды, заселив долину нижнего течения реки Чурук-су и образовав селение Эски-Юрт. Тогдашний крымский наместник монгольского хана Хаджи-Гирей основывает своё крымское ханство и переносит свою резиденцию в крепость Кырк-Ер (ныне Чуфут-Кале). А ещё чуть позже столицей Крыма становится расположенный неподалёку Бахчисарай. И даже когда Григорий Потёмкин завоевал Крым, думали вернуть столицу Крыма из Бахчисарая в Солхат, но потом остановились на Симферополе. 
Черникова: А что означает слово Солхат?
Кудрин: Версий много, но наиболее часто оно переводится как «борозда», «ров». Дело в том, что раньше город был разделён на две половины рвом. В одной жили мусульмане, в другой – христиане. 
Черникова: Это примерно как столица Кипра Никосия.
Кудрин: Вот-вот! Сейчас рва нет, но есть прямо у дороги уникальный частный музей «Солхат». Его хранитель – житель Старого Крыма Аким Гиясов. Его частная коллекция может поспорить со многими музеями Крыма. Уникальный музей хранит историю древнего города. Здесь собраны многочисленные экспонаты разных периодов, эпох: это и каменный наконечник эпохи палеолита, и каменные корыта, коллекции весов, коллекция самоваров, старинный патефон, кинопроектор (в рабочем состоянии), японский шкаф, рога тянь-шаньского козерога. Всего не перечислить. Особо хочется выделить тотемный камень, который относится к периоду раннего мусульманства. Таких в Крыму всего два. Второй находится на территории Зынджырлы медресе. Это единственный тюркский университет в Восточной Европе, который расположен в Бахчисарае. Ему уже больше 500 лет!
Аким лично показал нам коллекцию своего музея, который расположен в длинном гараже. Дал примерить восточные халаты и головные уборы, напоил нас вкусным чаем, накормил грушами, и за всё удовольствие не взял с нас ни копейки! 
Черникова: Добрейшей души человек!
Кудрин: Настоящий патриот Старого Крыма! И вообще, наши поэты-романтики и писатели почему-то полюбили этот древний город. Когда мы пришли на кладбище на могилу Грина, увидели её, познакомились с его «Бегущей по волнам», то здесь же увидели и могилу известной поэтессы Юлии Друниной. 
Черникова: Поэтессы с драматической судьбой. 
Кудрин: Да, очень драматической. Ведь не каждая поэтесса добровольно сводит счёты с жизнью. Перед смертью она так описывала свои переживания: «…Почему ухожу? По-моему, оставаться в этом ужасном, передравшемся, созданном для дельцов с железными локтями мире такому несовершенному существу, как я, можно, только имея крепкий личный тыл…».

Ухожу, нету сил. Лишь издали
(Всё ж крещёная!) помолюсь
За таких вот, как вы, – за избранных
Удержать над обрывом Русь.

Но боюсь, что и вы бессильны.
Потому выбираю смерть.
Как летит под откос Россия,
Не могу, не хочу смотреть!

Черникова: Тем более, что она прошла Великую Отечественную войну. Была сестричкой медсанбата. Ведь сколько стихов она посвятила этому! И покончить собой в мирное время, во время перестройки. 
Кудрин: В конце перестройки. Она отравилась угарным газом автомобиля 21 ноября 1991 года, накануне распада СССР. О драматичности её судьбы в двух словах трудно рассказать. Тем не менее, когда она говорила о Старом Крыме, чувствовалась какая-то предопределённость. Она так и говорила: «Старый Крым – последняя обитель, здесь лежать положено и мне». Там же лежит и её друг, Алексей Яковлевич Каплер, он на 20 лет был старше её, сценарист. Они познакомились в 1954-м году, когда она пришла учиться на его сценарные курсы. Познакомились и влюбились друг в друга. А в это время она ещё была замужем за Николаем Старшиновым, был такой поэт, не очень известный. Старшинов и Друнина прожили вместе довольно долго, и расстались в 1960-м году. Юлия образовала семью с Каплером. Алексей Яковлевич, этот очень интересный человек, много лет был ведущим «Кинопанорамы», и Юлия Друнина отличились своим неожиданным союзом, вот этой высокой красивой влюблённостью друг в друга. Каплер бросал все дела, как только узнавал, что из заграничной командировки едет его жена. Он не мог дождаться, когда она приедет в Москву, и ехал на границу в Брест, чтобы встретить её. Каплер и Юлия нежно любили друг друга, несмотря на то, что он был старше жены на 20 лет, и он сценарист, режиссёр, лауреат Сталинской премии за кинофильмы «Ленин в Октябре» и «Ленин в 1918 году», а после войны прославился уже фильмами «Полосатый рейс», «Человек-амфибия» и прочими. Даже первый муж Юлии Друниной Николай Старшинов писал: «Я знал, что Алексей Яковлевич Каплер относился к Юлии очень трогательно, заменял ей и мамку, и няньку, и отца». Это, наверное, так и получается, когда муж намного старше своей жены. 
Черникова: Расскажите о Николае Амосове, жившем в Старом Крыму.
Кудрин: Известный хирург Николай Михайлович Амосов работал в санатории «Старый Крым» с конца 1940-х по 1960-е годы. Здесь он основал отделение грудной хирургии, где со своими учениками провёл множество сложнейших операций на лёгких, внедрив новые методы пневмокатаральной хирургии. В литературно-художественном музее в Старом Крыму несколько лет назад был создан специальный раздел постоянной экспозиции, посвящённый выдающемуся кардиохирургу, учёному-медику, академику. И именно там он написал свою известную повесть «Мысли и сердце». 
Черникова: Впереди у нас – знаменитый Коктебель. Наши мысли и сердце теперь там.

Ах, Коктебель, приди ко мне во сне,
Пусть мне приснится, что нырнул я снова
В серебряного века колыбель.
Не надо Рая на земле иного. –
Дышу тобой, далёкий Коктебель. 

Такие строчки посвятил Марине Цветаевой и этому местечку в Крыму современный поэт Вадим Бакулин. Здесь же много лет прожил поэт-символист и художник Максимилиан Волошин, который сыграл большую роль в судьбе Цветаевой. Кстати, Владимир Николаевич, я хочу напомнить Вам, что в этом году Марине Цветаевой исполнилось 120 лет. И я хочу напомнить ещё одну строчку Цветаевой: «Я тебе страшно благодарна за Коктебель», – писала она Максимилиану Волошину. Именно ему она обязана целым рядом друзей. Знаете ли Вы, Владимир Николаевич, что именно в Коктебеле в доме Волошина Цветаева познакомилась с будущим мужем Сергеем Эфроном?
Кудрин: Это верно. Произошло это знакомство в мае 1911 года, а в начале следующего года они поженились. Но я хочу рассказать о другом. Когда мы приехали в этот маленький уютный Коктебель, край голубых вершин, край голубых бухт, страну коньяков, мы сразу попали на «Волошинский симпозиум».
Черникова: Это вам крупно повезло. 
Кудрин: Действительно, нам крупно повезло! Мы заходим в парк Волошинского дома-музея, и там сидит большое количество участников этого симпозиума. 
Черникова: Литераторы из многих стран?
Кудрин: Да, это же международный симпозиум. Но как мы только зашли в парк, там стихи читала какая-то поэтесса: «Она на берегу лежала, и тело пышное дышало» и прочее. Честно говоря, нам такие стихи не понравились. Мы пошли на экскурсию в дом-музей М.А. Волошина, сфотографировались на набережной Коктебеля на фоне памятника Волошину и в тот же вечер уехали. 
Черникова: Владимир Николаевич, Вы тут программку принесли. Я хочу для радиослушателей уточнить, что эти Волошинские чтения официально называются так: Международный творческий симпозиум «Волошинский сентябрь». Кстати, этот симпозиум юбилейный в этом году, уже десятый. Расскажите об этом более подробно. Здесь огромная программа. 
Кудрин: Программа была очень насыщенной. Заметьте, она проходила с 10 по 23 сентября, это практически две недели. 
Черникова: Да, это прилично. И каждый день забит!
Кудрин: Они, видимо, хотят из Коктебеля сделать такой же питомник поэтов, как это сделал в своё время сам Волошин. Ведь не забывайте, что Волошин приглашал к себе всех известных личностей.
Черникова: Там же, кстати, Марина Цветаева познакомилась и с Осипом Мандельштамом.
Кудрин: Да кого там только не было! В записной книжке Волошина исследователи насчитали более шести тысяч фамилий! А среди известных писателей у Волошина гостили: Алексей Толстой, Михаил Булгаков, Валерий Брюсов, Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Анна Ахматова, Михаил Булгаков, Андрей Платонов, Сигизмунд Кржижановский, Леонид Леонов, Валентин Катаев, Юрий Олеша, Николай Носов, Евгений Шварц, Иван Ефремов, Владимир Набоков, Илья Ильф и Евгений Петров, Александр Грин, Иван Бунин, Вениамин Каверин, Николай Гумилёв, Илья Эренбург, Михаил Зощенко и многие другие. 
«Дом Волошина был одним из культурнейших центров не только России, но и Европы», – писал Андрей Белый. Сотни людей жили там каждое лето – поэты, писатели, актёры, художники, композиторы, учёные, педагоги, философы, юристы, балерины, переводчики. В 1923 году через его дом прошло 60 человек, в 1924-м – триста, в 1925-м – уже четыреста.
Представал гостям демиург Коктебеля, хозяин «земли могил, молитв и медитаций» в подпоясанном парусиновом балахоне и сандалиях на босу ногу, с массивной головой Зевса, украшенной венком из полыни.
Черникова: А вообще-то дом Волошина называли тогда «Не дом, а полная чаша». Он всегда всех бесплатно принимал, привечал, угощал.
Кудрин: Да! Его дом был бесплатным приютом для творческой интеллигенции. Кроме того, не забывайте, Волошин был первым нудистом, и организовал у себя нудистский пляж, первый такой пляж вообще в России. Вот увлекался поэт красотой тела. 
Черникова: У поэтов свои причуды.
Кудрин: Ну почему причуды? Мне как врачу это понятно. Там и сейчас действует такой пляж. Это своеобразная Мекка нудистов в Крыму. 
Черникова: А где похоронен Максимилиан Волошин?
Кудрин: В 1931 году Волошин завещал свой дом Союзу писателей СССР. Умер после второго инсульта от воспаления лёгких 11 августа 1932 года в Коктебеле. Марина Цветаева написала тогда: «Волошин умер в 1 ч. дня – в самый «свой» час. В полдень, когда солнце в самом зените, т.е. на самом темени, в час, когда тень побеждена телом, а тело растворено в теле мiра – в свой час, в волошинский час».
Похоронен, как он и завещал, на вершине приморского холма Кучук-Янышар, откуда открывается вид на всю коктебельскую долину. Справа от холма – гора Карадаг, на скалистом обрыве которой «судьбой и ветрами изваян» его профиль. На могиле нет креста – таково завещание. Став теософом, он отрёкся от Христа как единородного Сына Божия.
И что интересно, рядом с домом-музеем Волошина, всего в нескольких десятках метров от него, расположился Дом творчества писателей «Коктебель» Национального Союза Писателей Украины. Отрадно, что литературные традиции Коктебеля продолжаются и в наше время. 
Черникова: Владимир Николаевич, как Вы знаете, я люблю кино. И смотреть, и сниматься. В прошлом году снялась у Игоря Сметанникова в главной роли фильма «Драма» по одноимённому рассказу Чехова. Главную мужскую роль в нём исполнил наш мэтр приднестровской поэзии Леонид Литвиненко. В этом году мы начали снимать фильм «Святки» по пьесе Чехова «Медведь». Давайте вспомним, какие ленты снимались в Коктебеле. Я знаю, что там были сняты фрагменты фильмов «Алые паруса», «Человек-амфибия», «Моя морячка».
Кудрин: Да. А ещё: «Пираты XX века», «Завещание профессора Доуэля», «Человек с бульвара Капуцинов», «Девочка и эхо», «Дон Кихот» и другие. 
Черникова: Владимир Николаевич, тема Коктебеля такая огромная, обширная, что говорить можно бесконечно. Но давайте повернём к Ялте. 
Кудрин: В Ялту мы поехали не сразу. По пути остановились в Судаке, сфотографировались на фоне знаменитой старинной генуэзской крепости. Искупались на пляжах посёлка Новый Свет и села Рыбачье, где находится самый длинный пляж на территории всего Крыма. Кстати, в Новом Свете снималось множество известных фильмов – «Пираты XX века», «Спортлото-82», «Человек-амфибия», «Остров сокровищ», «Три плюс два», «Отелло». Это поселение возникло благодаря одному из основоположников российского виноделия, князю Льву Сергеевичу Голицыну, который в конце XIX века построил здесь завод шампанских вин, действующий и до сих пор.
Черникова: А в Массандре Вы были? Продегустировали знаменитые массандровские вина? Говорят, особенно хороши мускатные!
Кудрин: Конечно же, и в Массандре были, проехав через Алушту, Артек, Гурзуф, Никитский ботанический сад. Но массандровского вина не пробовали. Я –за рулём, а Игорь – принципиальный трезвенник. Зато мы посетили уникальный дворец императора Александра III, который похож на сказочный терем. Здесь в своё время любили отдыхать Сталин, Хрущёв, Брежнев. Здесь тоже снимались многие фильмы: «На Дерибасовской хорошая погода», «Под ливнем пуль», «Обитаемый остров» и последний фильм, снятый в СССР, – «Сердца трёх». 
И только потом, когда уже начало темнеть, приехали в Ялту.
Черникова: Ялта – это, конечно, Антон Чехов. 
Кудрин: Без Чехова, без его дамы с собачкой, Ялта немыслима. Памятник «Дама с собачкой» стоит на центральной набережной, рядом с ней все охотно фотографируются, и мы сфотографировались. Кстати, фильм «Дама с собачкой» снимался в Ялте в далёком 1959-м, а на экраны он вышел 28 января 1960 года, к 100-летию писателя.
Черникова: Замечательный фильм! Я бы и сама в нём с удовольствием снялась! 
Кудрин: Ещё успеете! Какие Ваши годы? Мы, естественно, побывали и в доме-музее Антона Павловича Чехова. Это скромный побеленный известью домик с небольшим садиком, где стоит горьковская скамейка, на которой они с Горьким любили посиживать в своё время. Домик этот назывался «белой дачей», где Чехов жил до 1904 года, т.е., практически до самой своей смерти. Он там вёл приём и как врач. Это дом находится далеко от центра, и чтобы туда попасть, надо специально поехать. Нам повезло, что мы были на своей машине, и могли легко добраться до этого домика. 
Черникова: В каком состоянии он сейчас?
Кудрин: Домик после распада СССР немного пообветшал, но в последнее время его приводят в порядок больше и больше. И где-то находят средства для реставрации, особенно через русское общество.
Черникова: Много посетителей было у Чехова?
Кудрин: Много. Ялтинцы даже отмечают, что август и сентябрь намного превышают летние месяцы по количеству туристов. Они сами удивляются такому феномену, причём это происходит уже второй год подряд. Кстати, когда мы только приехали в Ялту и вышли прогуляться на вечернюю набережную, небо озарил такой мощный салют! Тогда отмечался какой-то праздник, но мы решили, что всё это ради нас. Шучу. Гуляя по набережной, мы увидели огромную толпу народа. Оказалось, что там выступал какой-то молодой парень, читая свои стихи. 
Черникова: Владимир Николаевич, когда вы шли по этой набережной, у вас не было такого ощущения, что вот-вот выйдет эта дама с собачкой, и вы встретите её, наконец? 
Кудрин: Не просто ощущение. Это была реальность! Не прошло и пяти минут, как нам встретилась дама с собачкой. 
Черникова: И много там ходит дам с собачками?
Кудрин: Очень много! И без собачек тоже. 
Черникова: Но Ялта – это не только Антон Чехов. Это и советский писатель Юлиан Семёнов. 
Кудрин: Да, Юлиан Семёнов впервые побывал в Крыму ещё в 1955 году, и с этого времени часто работал в Ялте и в доме творчества писателей в Коктебеле. В 1960-1970 годах он проводил в Крыму даже больше времени, чем в Москве, и потому часто называл Крым своим вторым домом. 
Черникова: Там ведь есть дом-музей писателя?
Кудрин: Дом-музей Юлиана Семёнова находится в посёлке Олива (или Верхняя Мухалатка), который территориально входит в состав Фороса и расположен он у подножия знаменитой горы Ифигения. За ним присматривает младшая дочь писателя, Ольга Юлиановна Семёнова, тоже журналист и писатель. В 1983 году он приобрёл там участок с остатками домика и вскоре выстроил свою обитель. «Моя вилла Штирлиц» – так шутливо называл писатель своё крымское жилище, потому что этот дом был точной копией двухэтажного особняка Штирлица из сериала «17 мгновений весны».
С этого времени стены этого дома видели много интересных гостей – от Аллы Пугачёвой до Председателя Президиума Верховного Совета СССР Андрея Андреевича Громыко. Здесь были написаны такие знаменитые романы, как «Приказано выжить», «ТАСС уполномочен заявить», «Аукцион», «Экспансия», «Горение», «Ненаписанные романы», «Тайна Кутузовского проспекта», «Версии», «Лицом к лицу».
В дом Юлиана Семёнова мы не попали, т.к. он находился в стороне от нашего маршрута, а у нас каждый этап путешествия был строго рассчитан по времени. Но мы видели, как у гостиницы «Ореанда» шли работы по установке памятника Юлиану Семёнову. И недавно я узнал, что буквально через две недели после нашего пребывания в Ялте, 29 сентября 2012 года этот памятник был открыт. 
Черникова: А почему его установили именно у этой гостиницы?
Кудрин: Так ведь в ней часто останавливался писатель, именно там он написал «17 мгновений весны». Кроме того, в этом здании проводились съезды созданной им Международной ассоциации детективного и политического романа. Кстати, в этой гостинице останавливался и Владимир Высоцкий, когда снимался в фильме «Плохой хороший человек» по рассказу Чехова «Дуэль». 
Черникова: А в каких интересных местах Ялты вы успели ещё побывать? 
Кудрин: Как известно, в районе Большой Ялты есть много интереснейших достопримечательностей. Побывали мы и в оригинальном дворце, миниатюрном готическом замке «Ласточкино гнездо» на скале Авроры – самом посещаемом туристическом объекте Украины. Здесь в советское время был снят кинодетектив «Десять негритят», фрагменты советско-норвежско-шведского фильма-сказки «Мио, мой Мио», советско-американского музыкального фильма-сказки «Синяя птица», а также фантастического фильма «Человек-амфибия». 
Не могли мы проехать и мимо знаменитого Воронцовского дворца в Алупке. Но попали туда непростым путём. Все дороги к нему для частного транспорта были почему-то перекрыты. Нам пришлось оставить машину на стоянке и пересесть в рейсовый автобус, который доставил нас к дворцу. Позже мы узнали причину нашего препятствия. Оказалось, что именно 13 сентября 2012 г. в Ялтинский порт зашло судно Crystal Serenity, на борту которого находились младшая дочь Черчилля Мэри Соамс и внучка легендарного премьер-министра Великобритании Селия Сандис. Они прибыли в Крым с экскурсией «По стопам Черчилля». В Ялте группа иностранных туристов во главе с Селией Сандис посетила Ливадийский и Воронцовский дворцы. Как Вы помните, в начале февраля 1945 года в Ливадии состоялась Ялтинская конференция.
Черникова: На которой Черчилль, Рузвельт и Сталин решали судьбу послевоенной Европы. 
Кудрин: Правильно. И тогда Воронцовский дворец гостеприимно принял британскую делегацию. Черчилль остался в полном восторге от дворца в Алупке. Внучке и дочке он тоже очень понравился. Кстати, Селия Сандис известна во всём мире не только как внучка Черчилля, но и как автор книг о своём знаменитом дедушке.
Черникова: И после Алупки Вы, наконец, приехали в город Саки.
Кудрин: Да, уже ближе к вечеру мы добрались до сакского оздоровительного комплекса «Парус», где проходили IX Крымские Международные Толстовские научные чтения. О них мы уже говорили, повторяться не будем. Я лучше расскажу об интересных местах города.
Черникова: Город Саки, прежде всего, известен как грязелечебный город-курорт.
Кудрин: Причём эта слава за ним закрепилась ещё со времён Николая Васильевича Гоголя. Писатель посетил Саки летом 1835 года. Вернувшись домой, на Полтавщину, он писал поэту Василию Жуковскому: «На Кавказе не был, куда именно хотел направить путь. Проклятых денег не стало и на половину вояжа. Был только в Крыму, где пачкался минеральными грязями. Впрочем, здоровье, кажется, уже от одних переездов поправилось». Эта фраза («Был… в Крыму, где пачкался минеральными грязями…») увековечена на бюсте Гоголя в Саках. Этот памятник был открыт здесь 1 апреля 2009 года, к 200-летию писателя. Мы, естественно, сфотографировались у бюста Гоголю. 
Черникова: А вы пачкались сакской грязью? 
Кудрин: Конечно! Грязь там самая настоящая – грязная, но лечебная. И мы тоже залезли в Сакское солёное озеро, эту огромную природную лабораторию, где готовится чудодейственный бальзам – лечебная грязь. Озеро протянулось с запада на восток на пять километров, наибольшая его ширина – три километра. Тоже испачкались грязью с головы до пят.
Черникова: Вспомнили Гоголя!
Кудрин: Вспомнили Гоголя, повторили все его приёмы пачкания. Больше того, в этом озере и купаться очень хорошо, солёность у него такая высокая…
Черникова: Что не надо ехать в Израиль на Мёртвое море!
Кудрин: А зачем? Точно такая же солёная вода и целебная грязь есть и здесь. И естественно, мы набрали грязи и привезли с собой.
Черникова: Что ещё интересного есть в Саках?
Кудрин: Там есть необычный частный музей «Кара-Тобе», это античное поселение. Этот музей археологи организовали за счёт собственных средств. Раскопки подтвердили гипотезу о нахождении на холме Кара-Тобе крепости Евпаторион, построенной в ходе Диофантовых войн (110 г. до н.э.). Воссоздана скифская усадьба I в. до н.э., ставшая объектом экскурсионного показа. Выпущены брошюры, повествующие об античных поселениях вблизи города Саки. Кстати, в этом музее нам на глаза попалась небольшая книжечка – «Путеводитель по городу Саки». Мы удивились, что в таком небольшом городке выпущен путеводитель. И тут Игорь говорит мне: «Владимир Николаевич, а Вам слабО выпустить подобный путеводитель по Бендерам? Ведь наш город Бендеры гораздо более богат историей и достопримечательностями, чем Саки. А у Вас уже выходила книжка с историческими очерками по Бендерам. Некоторый опыт уже имеется». 
Черникова: И что Вы ему ответили? 
Кудрин: Не слабО. Обязательно выпущу. И уже начал собирать материалы для путеводителя по Бендерам. 
Черникова: Интересная связь между нашим городом и Львом Толстым получилась. Если бы не он, Вы бы не попали в Саки и не увидели бы их путеводитель, который дал импульс к изданию бендерского путеводителя. 
Кудрин: Видимо, мы не зря затеяли такую дальнюю поездку. 
Черникова: И последней точкой Вашего маршрута по литературным местам Крыма была Евпатория. Вы помните эти строчки Владимира Маяковского? «Очень жаль мне тех, которые не бывали в Евпатории».
Кудрин: Я тоже могу пожалеть тех, кто не был в Евпатории.
Черникова: Пожалейте меня! 
Кудрин: Ещё успеете там побывать. Во-первых, там прекрасные песчаные пляжи; во-вторых, очень красивая набережная с колоннадой выстроилась, она считается самой красивой в Крыму и одним из любимых мест отдыха. Вдоль набережной расположены ресторанчики, бары, кафе, здесь можно попробовать крымские разливные вина. А чуть дальше находится памятник евпаторийскому десанту. Рядом с ним снимались эпизоды фильма с участием Владимира Высоцкого «Плохой хороший человек» – трагическая мелодрама по повести Чехова «Дуэль». 
Черникова: Мне запомнился эпизод, когда герой Высоцкого – фон Корен, делал зарядку с гантелями на берегу моря. Это было в Евпатории?
Кудрин: Именно! Здесь же, рядом с небольшим причалом, расположенным у памятника, были построены декорации приморского кабачка, много раз фигурирующего в фильме. И именно во время съёмок в Евпатории Высоцкий написал знаменитую песню «Чёрные бушлаты», посвященную евпаторийскому десанту. 
На этой же набережной также находится дельфинарий и скульптура Геракла, ставшая новым символом Евпатории. Набережная была отреставрирована в 2003 году в рамках празднования 2500-летия города. 
Черникова: Двадцать пять веков! Приличный возраст для города.
Кудрин: Ровесник Иерусалима. В программе нашей конференции была запланирована экскурсия по городу, чтобы мы наяву могли совершить путешествие в прошлое. Для этого здесь был создан пешеходный туристический маршрут «Малый Иерусалим», где представлена средневековая часть Евпатории.
Нам показали основные памятники архитектуры: комплекс «Текие дервишей» (Обитель дервишей), Одун базар къапусы (Ворота дровяного базара XV века), мечеть Джума-Джами, Турецкие бани XVI века. Не меньше впечатляют и чуть более «молодые» культовые сооружения: Армянская и Свято-Николаевская церкви. В целом, пешеходная экскурсия по новому маршруту объединяет двенадцать памятников архитектуры. Открытие данного маршрута поставило рекорд по массовости, и это событие было занесено в украинскую книгу рекордов Гиннеса.
Черникова: Но давайте продолжим о Маяковском. 
Кудрин: Для любого евпаторийца главным стихотворением Маяковского конечно же является «Евпатория», последнее четверостишие которого актуально как тогда, так и теперь. Но мне больше понравились строчки Игоря Сметанникова, которые он выдал в конце нашей поездки: «В мире нет чудеснее истории, чем путешествие от Феодосии до Евпатории». И я с ним полностью согласен.
Во время поездки по Крыму Игорь по пути всё фотографировал и снимал на видеокамеру, а после возвращения домой он смонтировал из этих фото- и видеоматериалов интересный музыкальный клип на песню Михаила Шуфутинского «Крым». 
Черникова: С удовольствие посмотрю его. Думаю, и наши радиослушатели без труда найдут этот клип на Вашем персональном сайте. 
Кудрин: Это будет нетрудно сделать. Что же касается Владимира Маяковского, то первое его знакомство с Крымом состоялось в 1913 году, когда он вместе с другими футуристами, в том числе Игорем Северяниным, совершил турне по Крыму с чтением стихов и лекций. 
Черникова: Заметьте – почти сто лет назад по Крыму тоже путешествовали писатели Владимир и Игорь. 
Кудрин: Интересное совпадение. Одиннадцать лет спустя Маяковский снова побывал в Крыму. Жизнь его в этот приезд, так же как и в последующие, меньше всего напоминала отдых. Он писал потом: «Продолжаю прерванную традицию трубадуров и менестрелей. Езжу по городам и читаю: Новочеркасск..., Париж, Ростов.., Ялта, Евпатория… и т.д., и т.д.».
Многочисленные выступления; работа над поэмами «Хорошо», «Владимир Ильич Ленин»; создание сценариев «Дети», «Слон и спичка» для Ялтинской кинофабрики и, конечно же, новые стихи. Он их читал в местном клубе «Первое Мая», переполненном до предела. Курортники были настроены шумно и весело. Маяковский в ударе: «Евпатория – это вещь!». А уже на следующий день он выступал в санатории «Таласса» для костнотуберкулёзных. Эстрадой служила терраса главного корпуса. Перед ней расположились больные. Тяжелобольных вынесли на кроватях. Других вывели под руки и уложили на шезлонгах. Собрался весь медицинский персонал. Всего – человек 300.
Черникова: Феноменальный успех!
Кудрин: Да! Но самое интересное, что в Евпатории почему-то до сих пор нет памятника Маяковскому. Это и понятно – сейчас ведь это украинская территория. Вот Гоголю поставили, он вроде как свой, украинский, а Маяковскому – вряд ли. И Ахматовой тоже не поставят. 
Черникова: Как знать. Ведь Юлиану Семёнову поставили же. Ну а Ахматова в Евпатории? Чем для неё был этот город? 
Кудрин: Она жила в Евпатории ещё до революции – с 1905 по 1906 годы. Позже она вспоминала: «В 1905 году мои родители расстались, и мама с детьми уехала на юг. Мы целый год прожили в Евпатории, где я дома проходила курс предпоследнего класса гимназии, тосковала по Царскому Селу и писала великое множество беспомощных стихов». Дни, прожитые в Евпатории, Анна Ахматова назовёт впоследствии «больничными молитвенными днями». Разрыв отца и матери чуткая и ранимая девушка переживала очень тяжело. Помимо этого, евпаторийский год – начало труднопонятных, порой необъяснимых противоречий в жизни Анны и Николая Гумилёва. Она даже хотела в Евпатории покончить с собой.
Черникова: Но, слава Богу, обошлось. Всё хорошо, что хорошо кончается. Заканчивается и наша передача. Владимир Николаевич, я считаю, мы очень мило побеседовали в нашей «Литературной беседке». И я, и радиослушатели услышали очень много интересного от Вас. 
Душа не должна спать, она должна жить, чтобы жить, она должна питаться. Кормите её чувствами. Только свежими и вкусными. Вот как раз этим и занимается наша «Литературная беседка». 
Спасибо Вам за беседу, Владимир Николаевич!
Кудрин: Спасибо за внимание!
Черникова: В «Литературной беседке» с нами был приднестровский писатель-публицист Владимир Кудрин. Беседу вела автор передачи Лариса Черникова. До встречи!

Октябрь 2012 г.

Категория: Наши статьи | Добавил: Igor (26.02.2016)
Просмотров: 384 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск